Николай Анатольевич Сапон. Нейрохирург, жизнелюб, философ
Под редакцией академика НАМН Украины Евгения Педаченко

 

Социальная этология сегодня (Эра опарышей)

Николай Сапон

Мы бабочку в личинке каждой заранее распознаём.
И.В. Гёте «Фауст»
(перевод Б. Пастернака)

Теория Сапона. Вместо предисловия

В начале была этология – наука об инстинктивном поведении животных и людей. Учение захватило Николая Анатольевича и послужило толчком к созданию своей теории поведенческих установок человека.

Лучше всего философствовать и творить на отдыхе. Отдыхал Н.А. Сапон обычно в Крыму, иногда по два раза в году. Он любил Крым как таковой. К тому же морской воздух благотворно влиял на его лёгкие. Приезжая из отпуска, часто привозил небольшие заметки по теме. Со временем возникла идея написать книгу. Я сомневалась в необходимости реализации этой идеи. При существующем изобилии печатной продукции и из-за специфичности темы книга может быть не востребована. Но он начал её писать, сначала с энтузиазмом, потом всё реже и реже. Хотя в жизни практически всё происходившее вокруг объяснял с позиций своей теории. Ближнее окружение называло эту теорию теорией Сапона.

Я сомневалась, нужно ли эти мысли предавать публичности. Книга как таковая не написана. Это больше заметки к вопросу о социальном поведении человека через призму инстинктов (хотя, основная суть теории Сапона в них изложена). Однако решилась. Может, это несколько пафосно звучит, но всё же. Николай Анатольевич, Ваша мечта исполнена. Книга (хоть и не дописана) издана (пусть в виде главы) и, надеюсь, будет прочитана и понята.

Анна Никифорова


Начиная свой опус, авторы, в силу объективных причин, не имеют представления ни о четком содержании работы, ни об её объёме. Они также не уверены, будет ли эта работа написана вообще, тем более издана, прочитана и понята.

-------

Итак. Основы и слагаемые. Не новые, но забытые или извращенные до полной утраты их первичного толкования. Символы Сфинкса и Пирамиды давно и незыблемо постулируют два основных принципа человека и человечества.

Из них первый – Сфинкс – олицетворяет человека с присущим ему единством и борьбой животного и гуманного, инстинктивного и рационального.

Второй символ – Пирамида – исчерпывающе обосновывает основной принцип существования живой природы – принцип иерархии. Иерархические отношения облигатно присущи любой биологической совокупности, живому множественному, и человеку, и микроорганизму. Именно борьба за иерархический уровень индивидуума в совокупности является основой развития как просто живого, так и живого-разумного.

Эти первоосновы смотрят на наше бытие, смену цивилизаций, теорий, концепций с преобладанием пошлых попсовых идеек, произведенных или примитивами, или для дальнейшего оболванивания толпы.

И никакие научные теории и веры в высшее начало (богов или Бога) до настоящего времени не изменили существующего положения и не изменят в обозримом будущем.

Деформация этих двух первооснов возможна, если человек перестанет быть человеком или попытается измениться внутренне, чего, впрочем, не удавалось за всю историю цивилизации. За исключением немногих примеров, дающих надежду. Это наиболее гипотетический путь, так как социуму необходимо без внешних стимулов не насильственно, но в силу внутренних побуждений, не на словах, а на деле изменить мораль, право, но главное – измениться самим в основной своей массе. Подобный подвиг возможен и многократно осуществим единицами, ибо, это, по сути, повторение подвига Мюнхгаузена, успешно вытащившего из топи себя и лошадь за косичку. Впоследствии, впрочем, многих вновь засасывало болото инстинктивного поведения, они становились ригористами, фарисеями, ханжами или носителями микстов этих «достойнейших» качеств. При появлении реального или определении выдуманного всеобщего внешнего или внутреннего смертельно опасного для всего человечества врага – предтечи апокалипсиса, также возможно единение всех выживших в силу реализации мощнейшего инстинкта самосохранения. Третий путь – гибель от сингулярного коллапса, опыта, вышедшего из под контроля, экологических катастроф, глобальной войны на самоуничтожение.

-------

Заражённые первичным вирусом антропоцентризма и вторичными вирусами национального, классового, полового (курица не птица, баба не человек) превосходства, мы снисходительно взираем с вершин своих бугров и бугорков, увенчанных атрибутикой частной собственности (движимой и недвижимой), научными, литературными и военными регалиями. Мы взираем на окружающий бугристый ландшафт с гордостью за себя, с презрением к окружающим. Мы готовы погибнуть, и погибаем, защищая свой бугор или пытаясь захватить соседский. Эта вечная война за бугор, за стремление достичь максимально возможного ранга в иерархической пирамиде пронизывает все уровни социума, будь то семья, коллектив, страна, нация, раса. Но в чём же тогда наше отличие от поведения животных? В достижениях цивилизации? Да, но это лишь атрибутивный фактор, скорее подтверждающий, чем опровергающий положение о мотивационном тождестве стада животных и группы людей. Чем отличается поведение членов Политбюро ЦК КПСС во главе с незабвенным Леонидом Ильичем, во имя сохранения своего иерархического статуса ведущих страну к неотвратимой гибели, от поведения свиты стареющего вожака стаи гамадрилов? Только тем, что стая имеет больше шансов, а СССР был обречен отнюдь не в силу краха экономики или происков империализма вкупе с кознями ЦРУ. Все это тоже было, но было вторично. Первичными причинами были негативная селекция, приведшая к управлению страной фатально большого числа особей, у которых доминировало примитивное инстинктивное поведение. И обожаемый западом Михаил Сергеевич не был ни «князем тьмы», ни агентом влияния западных спецслужб, ни тонким стратегом – борцом с коммунистической тиранией, как его часто рисуют. Изначально и неизменно Михаил Сергеевич был рафинированным жлобом, исполнившим роль главного опарыша – трупного червя – сверхдержавы.

-------

А теперь почему это эссе никогда не будет издано, а если и будет издано, никогда не будет прочитано, а если и будет прочитано, никогда не будет понято. В лучшем случае, повторится ситуация, талантливо описанная Шукшиным.

То очевидное, которое мы пытаемся, нет, не доказать (сто раз доказано с библейских времён и ранее), но напомнить – конфликты любого уровня, от бытовых до глобальных, имеют одну и ту же природу, одни и те же механизмы развития, с фатальной неотвратимостью исхода.

И в основе их лежат отнюдь не геополитические интересы, борьба тайных обществ, заговоры масонов или синайских мудрецов. В основе лежит неотвратимое следование инстинктам, тождественным инстинктам дикой природы.

Резонно спросить, почему явные и вопиющие факты, их несметное количество во всех аспектах человеческого бытия, факты, повторяющиеся с фатальной неотвратимостью во все периоды исторического развития человечества, не воспринимаются при их очевидности, оттесняясь на заброшенный пустырь зоологии?

Причин много. Тут самое время поведать грустную историю об австрийском докторе акушере Игнаце Филиппе Земмельвейсе, жившем в ХIX в. в старой доброй австро-венгерской империи.

В середине ХIX в., как и 150–200 лет ранее, теоретическая и практическая медицина уже была признана обществом как необходимое зло, каким, впрочем, она (медицина) воспринимается им (обществом) и сейчас, наряду юриспруденцией и образованием.

Социум в своём большинстве боязлив, консервативен и ленив («Удивительно, на что только не идут люди, чтобы не думать» Томас Эдисон).

Итак, медицина в постренессансный период развития европейской цивилизации притащила весь хлам средневековья с доминантой кровопускания как средства наипервейшего и универсальнейшего.

В теории доминировали учения Везалия и присных о строении человека как мощное подспорье бурно развивавшейся агрессивной медицины, куда можно отнести не только хирургию, но и акушерство. Пошла мода в науке на анатомию как базис всего в человеке сущего. Равно как в наше время, генетика доминирует везде и всюду, фатально определяя не только наш пол, но и вкус, привычки, болезни, включая гонорею и переломы.

Короче, произошла абсолютизация одного из направлений в медицине подобно флюсу Козьмы Пруткова – полнота его одностороння.

Результатом такой деформации в ХIX в. была эпидемия инфекционных осложнений в хирургии и, особенно, акушерстве. В лучших клиниках Европы умирали 30-50% рожениц. Смертность 10% считалась вполне приемлемой. Наш герой – И. Земмельвейс – человек пунктуальный и добросовестный, 11 лет положил на решение задачи и решил её.

Причина была в самих врачах, вскрывавших трупы умерших от сепсиса рожениц и через полчаса принимавших роды, не только не сменив одежды, но даже руки толком не помыв.

И. Земмельвейс предложил перед внутренним исследованием обрабатывать руки хлорной известью и добился феноменальных результатов: в начале 1847 г. послеродовая летальность вследствие сепсиса составляла 18,3 %, во второй половине года – снизилась до 3 %, а на следующий год — до 1,3 % [Википедия].

А дальше – самое интересное. Официальная медицина не приняла очевидность доводов И. Земмельвейса. У доктора испортился характер, участились конфликты с коллегами. Далее – увольнение, сумасшедший дом, смерть. Прошло несколько лет, и медицинский свет, отторгнувший И. Земмельвейса, с триумфом встречает Л. Пастера, Р. Коха, Д. Листера – настала эпоха микробиологии, асептики и антисептики.

Приведенное столь пространное отступление преследует одну цель – показать, что Идея, идущая вразрез с устоявшимся мнением общества или его части, будет гарантированно отринута.

Факт, что в основе большинства принимаемых решений человека разумного или общности человеков мыслящих, лежат инстинкты, тождественные инстинктам животного или стада, не может быть воспринят и принят. Это еще круче, чем признать недопустимость принимать роды после вскрытия трупа, не вымыв руки.

Пример дня сегодняшнего – теория Льва Гумилева, основной идеей которой есть принципиальная невозможность сближения некомплиментарных этносов и суперэтносов вне политических, экономических и прочих установок. Теория не без изъянов, но, несомненно объясняющая если не всё, то многое, и, естественно, не принятая, ни у нас, ни, тем более, на Западе.

Антропоцентризм, отделив человека от остального мира живого и неживого, присвоил ему титул сына божьего, что, в сущности, и сделало человека человеком, а общество обществом. В настоящее время при тотальном кризисе веры европейской расы, не пора ли вспомнить о биологической сущности не только бренного тела, но и помыслов человеческих. И навязывание западным суперэтносом под лозунгами глобализации суперэтносу славянскому своих ценностей есть уничтожение не только последнего, но и белой расы в целом. Восток — это Восток, а Запад — это Запад, и разделенному никогда не встретиться (Редьярд Киплинг).

-------

Во всех направлениях, школах этологии или социобиологии рассматриваются часто утрированные частности с описанием элементов пищевого или полового поведения шимпанзе в сопоставлении с человеком, разбираются механизмы поведенческих реакций и т.д.

На самом деле проблема сводится к постулированию немногих первооснов.

– В основе всего разнообразия поведения субъекта лежит трехкомпонентное мышление, составляющие которого – мышление инстинктивное, рациональное, интуитивное – и образует всю гамму мотивационных и поведенческих реакций.

– Инстинкт детерминирует инстинктивное мышление, что в свою очередь, обусловливает инстинктивное поведение, являющееся первичным в социальной жизни человека.

– Основой инстинктивного поведения является безусловная иерархическая доминанта, определяющая социальное поведение субъекта в среде себе подобных.

– Безусловные и условные рефлексы – прямые витальные (дыхание) и отсроченные витальные (пищевой) – обеспечивают существование индивидуума как биологического объекта.

– Двигательная активность – обеспечение поведения в пространстве.

– Половой (инстинкт размножения) – сохранность во времени в виде генетического материала.

– Инстинкт жизни, страха смерти, борьбы за существование в условиях человеческой цивилизации обретает формы неодолимого желания продлить себя не только биологически (пожить подольше) и генетически (оставить потомство), но и виртуально (в пароходах, строчках и прочей исторической атрибутике) с мощным стремлением персонифицировать себя в истории, то есть в будущем, часто путем реализации синдрома Герострата.

-------

В сегодняшнем мире мерилом интеллектуальных способностей человека являются его тестовые и рейтинговые характеристики в определённых областях человеческой деятельности в рамках доминирующей цивилизации. С этой точки зрения интеллект физика-теоретика, или молекулярного биолога, или генетика (особливо, ежели нобелевский лауреат) стоит выше интеллекта дикаря Амазонии или Полинезии. Но эти критерии относительны в системе ценностей техногенной гуманоидной цивилизации, но не в природе вообще. Утрированно – это всё равно, что сравнивать длину шеи у жирафа и клюва у орла. Такое внутреннее мерило, учитывая постоянно увеличивающуюся тенденцию к самоуничтожению техногенной цивилизации, не может быть мерилом истинного разума.

-------

По сути, меняется только методология построения пирамиды. Ранее все были равны перед Всевышним (заоблачная часть пирамиды), а на вершине – помазанник божий (верхушка пирамиды социальной). Теперь все равны перед его величеством капиталом (виртуальная заоблачная часть), на вершине – помазанники капитала (1%, владеющий 99% глобального валового продукта).

На современном этапе существования общества в целях стабилизации социальной пирамиды практически осуществлена подмена понятий – сумерками богов* и торжеством собственности.

Приведенные ниже параллели подтверждают тождественность структуры и развития пирамид.

В обоих случаях была возможность взлететь с нижних уровней на вершину. В обоих случаях происходило и происходит крушение пирамид. В прошлом незыблемость устоев воспевали жрецы, воплощавшие в себе и СМИ, и науку, и искусство, теперь СМИ, наука, искусство воспевают незыблемость устоев, являясь жрецами современной формации. Особенно преуспевают неофиты постсоветских обществ – есть шанс занять верхние слои формирующихся пирамид. Тут и банда большевиков, и октябрьский мятеж, и главари большевизма – кровавые тупые монстры, наделённые, в зависимости от вариантов ксенофобии авторов, той или иной национальностью и половыми девиациями. Например, в работах «творцов современной истории» Ленин — жид, гей, немецкий шпион, садист, многоженец, импотент и т.д.

И всё бы ничего, во все времена победители отбивали головы, носы, фаллосы у мраморных идолов поверженных и всячески глумились над живыми. Опасно осквернять собственное прошлое личностями, этим прошлым порожденными, и делать это с завидным постоянством и неистовостью, демонстрируя цивилизованному миру ментальность холуёв.

Стабильное общество (страна, нация) всячески старается приукрасить критические периоды своей биографии, что логично и оправдано. Тут и Великая французская революция, и колонизация Америки, и Гражданская война в США. Вакханалия насилия, геноцид максимально затушевываются, и точками фиксации исторической памяти становятся «Свобода на баррикадах» Делакруа, Фенимор Купер с его «Следопытом» и злыми индейцами, «Унесённые ветром».

Однако и попытки создать глобальную всемирную сверхпирамиду, активно предпринимаемые как в прошлом, так и сейчас, обречены.

Внешние причины:

– антагонизм суперэтносов (мусульманский, христианский)

– неравномерность развития этносов (уже была попытка подогнать под один знаменатель латыша и туркмена).

Внутренние причины:

– [технологическая] сингулярность

– алармизм

– экология – экзогенная (астероид) или эндогенная катастрофа глобального масштаба.

При всяческих классификациях цивилизаций (аграрной, индустриальной, постиндустриальной) остаётся то же – иерархия общества. В настоящее время при безудержном росте потребления, разговоры о конвергенции капитализма и социализма, о приходе к власти интеллектуалов — очередной утопический лепет.

* Видимо, Николай Анатольевич имел в виду книгу «Сумерки идолов» Ницше, в частности, главу «Нравственность как противоестественное учение».

-------

Антропоцентризм – одна из ипостасей иерархической пирамиды. Человек – венец природы. Пирамиды Социальная, Гендерная, Расовая и т.д. То есть, практически любая группа человеческих особей в любом количестве и качестве представляет собой иерархическую пирамиду с облигатными признаками.

1. Основной мотивационный вектор – обладание в неограниченном количестве приоритетами группы, будь то богатство или слава. Слава при этом – не только атрибутика иерархического уровня, но и признак неодолимого желания приобщиться если не к вечности, то к истории, обеспечив себе тем самым нетленное виртуальное бытие (Нет, весь я не умру…). Инстинкт, тождественный инстинкту самосохранения, а, зачастую сильнее его. Посмертная слава манит, Геростраты не дремлют.

2. Менталитет и мотивации большинства не должны и не могут отличаться – иначе нет движения наверх. Исключения – в период исторических надломов ([возможность] взлететь наверх [пирамиды]).

3. В большинстве субъектов, составляющих тело пирамиды, заложен потенциал в виде тайного желания любого низа стать любым верхом – потенциальная одержимость властью.


Flag Counter