Николай Анатольевич Сапон. Нейрохирург, жизнелюб, философ
Под редакцией академика НАМН Украины Евгения Педаченко

 

Друг мой, Колька

Людмила Логвинова (Ратманская)

Нью-Йорк

Я не смогу назвать его ни Николай Анатольевич, ни даже Николай – для меня он навсегда Колюня, Колька, Сапик, как мы звали его в школе – мой одноклассник, очень верный и преданный дружбан.

После школы мы какое-то время не виделись, потом стали навещать нашу любимую старенькую учительницу, встречались с одноклассниками каждые 10 лет.

В 1998 году я уехала в Америку, а в Киеве остался мой бывший муж, тоже наш одноклассник Володя Логвинов. Я часто приезжала, жила дома, мы часто виделись.

Потом у мужа случился инсульт (а всего их было 4), и Колька очень помогал нам все эти годы – он был невероятно обязательным, преданным и верным.

5 лет тому назад на свое 60-летие он сбежал к нам в Америку. Жил у меня.


Николай Сапон. Нью-Йорк, 16.04.2011.


Завтрак на траве. Сад необычных скульптур Стьюарда Джонсона, Гамильтон, штат NJ, 10.04.2011.


Юбилей в кругу одноклассников. Нью-Йорк, 17.04.2011.

За три недели мы старались показать ему всю страну, но он не хотел каких-то казенных экскурсий, хотел увидеть все изнутри. И, конечно, его очень интересовало местное здравоохранение – аптеки, медицинские офисы, страхование.

Дети моих бостонских друзей работают в Гарвардском госпитале – мы поехали в Бостон, но не столько для того, чтобы увидеть этот замечательный город, а потому что Наташа договорилась и он присутствовал на нейрохирургической операции – и в этом весь Колька.


Николай Сапон перед операцией. Клиника нейрохирургии Boston Medical Center. Бостон, 06.04.2011.

Он никогда не ныл и не жаловался. О том, что он сам заболел, я узнала только тогда, когда сама в очередной раз приехала в Киев. О том, что он похоронил жену (к сожалению, я не знакома с его семьей, кроме мамы), я узнала от него в случайном разговоре через несколько месяцев – и в этом тоже весь Колька.

Но сам был самым верным другом и помощником мне и моему Логвинову до последнего. Мы вместе лечили, заботились и хоронили...

Колюня очень хотел приехать ко мне с дочерью Таней, собирался углубленно учить английский.

Он вообще был очень глубоким, неординарным человеком, умным, ироничным, с чудесным чувством юмора и при этом абсолютно простым в общении, без всякой фанаберии и высокомерия.


Николай Сапон, Мила Ратманская. Центральный парк, Нью-Йорк, 09.04.2011.

Недавно натолкнулась на замечательные стихи В.Гафта – это и о нас:

Живых всё меньше в телефонной книжке,
Звенит в ушах смертельная коса,
Стучат всё чаще гробовые крышки,
Чужие отвечают голоса.
Но цифр этих я стирать не буду
И рамкой никогда не обведу.
Я всех найду, я всем звонить им буду,
Где б ни были они, в раю или в аду.
Пока трепались и беспечно жили —
Кончались денно-нощные витки.
Теперь о том, что недоговорили,
Звучат, как многоточия, гудки.


Flag Counter
Comments